ГДЗ по Литературе 11 класс учебник Зинин С.А., Чалмаев В.А. номер 283

Все зачем-то было очень кстати То. . что опалило — не сожгло То. . что было болью. . стало статью (М. Цветаева) "Судьба Цветаевой совершенна дважды, - говорила Белла Ахмадулина безукоризненное исполнение жизненной трагедии и безукоризненное воплощение каждого мига этой трагедии, воплощение в то, что стало блаженством для нас. И в этом смысле нам остается считать судьбу Цветаевой счастливейшей в истории нашей словесности, потому что редко кому дано так воплотить все, что даровано в идеале человечеству а в нашем случае ей одной — Марине Цветаевой Еще учтем, что она была не нам чета. Она была вождь своей судьбы, и воинство её ума и луха следовало за этим вождем.. . " "...Я живу, как другие танцуют: до упоения — до головокружения — до тошноты! Я знаю, кто я: Танцовщица Души 19-ый год — в быту — меня ничему не научил: ни бережливости, ни воздержанию Хлеб я так же легко беру — ем — отдаю, как если бы он стоил 2 коп. (сейчас 200 р.) а кофе и чай я всегда пила без сахара Я от природы не терплю запасов. Или съем, или отдам Победить старость — как сейчас — молодость — мне поможет — Ирония Москва 19-го года ничему не удивляется: мне самое время жить Я так мало женщина, что ни разу, ни разу мне в голову не пришло, что от голода и холода зимы 19-го года есть иное средство, чем продажа на рынке Ничто не может быть больше радости, с которой я бросаю тетрадку для человека, если не радость, с которой я бросаю человека для тетрадки Лицемерия, - вот чего во мне не хватает

Найду ли я когда-нибудь человека, который настолько полюбит меня, что даст мне цианистого кали, и настолько узнает меня, что поймет, будет убежден что я никогда не пущу его в ход раньше сроку. — И потому, дав, будет спать спокойно Словно теплая слеза Капля капнула в глаза Там, в небесной вышине Кто-то плачет обо мне (Быль. — Вчера, на улице. ) «Я буду любить тебя все лето» ‚ - это звучит куда убедительней, чем «всю ЖИЗНЬ» и — главное — куда дольше! Все мое отношение к людям — весь разлет моего маятника — между желанием все оправдать — и требованием быть во всем оправданной Я рождена для удовольствий света, дружбы нескольких избранных друзей и единственной чудесной любви некоего благородного господина, прекрасного обликом и высокого духом Тешу себя глупостями! Почему я так глубоко-беспомощна во всем, что другим так легко? Найти чей-нибудь дом, взять билет на вокзале, выкроить — по готовой выкройке — детскую рубашечку Определенная атрофия какой-то части мозга О, как я издали чую то, чего не могу — и какой у меня тогда кроткий — от неизбежности — голос! Я, кажется, требую, чтобы меня сейчас любили, как будут любить через сто лет Так же безнадежно, как требовать деньги в счет очень верного! но через сто лет! — наследства. И требовать не у *^=^ "70 оставит, а у других. И гарантией

выставлять свою уверенность. Соответствие полное И самое обидное, что я ведь знаю, как меня будут любить через 100 лет! Марина Цветаева. Записные книжки (фрагменты записей, с 1915 по 1920 год) 2. Многие стихи Цветаевой прекрасно поются. Психологическая глубина и внутреняя музыкальность многих поэтических произведений Цветаевой привлекла внимание многих — талантливых — профессиональных и полупрофессиональных композиторов. Вокальные циклы, романсы и песни на стихи Цветаевой создали Дмитрий Шостакович, Микаэл Таривердиев Андрей Петров, Злата Раздолина, Елена Фролова, Ольга Кузьмичева и многие, многие другие. Многие музыкально-поэтические произведения на стихи Цветаевой использовались в кинофильмах и исполняются в концертах известными эстрадными мастерами. Вы все, я думаю, знаете два чудесных романса «Мне нравится, что Вы больны не мной» (М.Таривердиев, фильм Ирония судьбы), «Под лаской плюшевого пледа» (А.Петров, фильм Жестокий романс), «Романс Настеньки» (А.Петров, фильм О бедном гусаре гея.) Родившись поэтом, Марина Ивановна Цветаева в полной мере заплатила за это личным счастьем, неустроенностью быта, ранней гибелью. Все было предначертано свыше, и она несла свой крест гордо и с достоинством прекрасно понимая предназначение художника Цветаева, непокорная и порывистая, как бы соткана из противоречий, острых углов и ломаных линий. В ранней юности она написала в анкете: “одна против всех” — это была не гордыня, а ее суть, ставшая впоследствии основной чертой творчества. Стихи Марины Ивановны часто построены на антитезе, рядом с возвышенным слогом встречаются просторечные слова Это не случайность, а хорошо продуманный прием, заставляющий читателя “споткнуться”, задержать внимание на важном автору слове, понять глубинный смысл А покамест пустыня славы Не засыплет мои уста Буду петь мосты и заставы Буду петь простые места А покамест еще в тенётах Не увязла — людских кривизн Буду брать - труднейшую ноту Буду петь — последнюю жизнь!

Осознав себя поэтом довольно рано, Цветаева поняла, что главное творить “для вечности”. Нельзя делать поблажки, пусть её стихи не поняты и не приняты сейчас, они дойдут до истинных почитателей — за творчество не должно быть стыдно Она следовала своей судьбе и творила прекрасные стихи, наполненные звуками, простором и ветром, такие же непокорные и мятежные, как душа автора. Марина Ивановна понимала значение своей поэзии, пусть не признанной и не принятой сейчас, но созданной на века. Все же каждому творцу хочется славы при жизни, а не когда-нибудь потом 3. Чем больше Цветаева уточняет, углубляет, нанизывает подробности того что ей «нравится», тем больше печали собирается к концу её послания Версты — это и время и возраст, и действие «поверстать», и определение характера 4. Цветаевой с бессонницей особые отношения. Поэтесса не просто одушевляет ее и наделяет чертами женщины. Бессонница становится подругой и уже в первом стихотворении цикла ведет себя соответственно она и жалеет, и утешает, и в то же время надевает «теневой венец», как будто связав себя и героиню навеки Дальше панорама как бы расширяется: «Двери! — Настежь — в темную ночь!». Героиня, мучаясь бессонницей, чувствует все события, происходящие вокруг нее. В третьем стихотворении «в огромном городе — ночь», а героиня будто меняется с бессонницей местами: «Друзья, поймите, я вам снюсь» Такая двойственность состояния ошушается при чтении всех стихотворений цикла Масштаб бессонницы постоянно меняется: то это «ночь в огромном городе», то «бессонница полей». Примечательно, что контраст сна и бессонницы проявляется не только в жизни людей, но и в окружающем мире Это «сон полей» и «бессонница леса», это корова, которая «тяжко вздохнула в сонном хлеву», и подковы, которые «где-то в ночи взрывали траву», это спящие гуси и гусь-сторож При этом героиня все-таки одинока: в шестом стихотворении она ощущает себя «бессонной, бездомной черницей», но зато она обладает ключами «от всех ворот единственной столицы» и чувствует ответственность за всех: и за «круглую воюющук` ^^**"**^» и за тех, «кого жалеют и кого целуют» В седьмом фрагменте вновь проявляется автобиографичность: Цветаева очевидно, чувствуя зарождающуюся в себе жизнь (ведь через 8 месяцев, в апреле 1917 года, родится ее вторая дочь Ирина), пишет Черноглазого ребенка Я увидела во сне Но предчувствуя грядущие трагические события: и приближающуюся Октябрьскую революцию, и долгую разлуку с мужем, и последующую смерть дочери — Марина Ивановна выражает тревогу с ПОМОЩЬЮ СИМВОЛОВ

Параллелизм связывает «красную сосенку» с капающей смолой и сердце, по которому в «ночи прекрасной» ходит пила Ощущение обреченности усиливается в восьмом фрагменте до такой степени, что героиня, обращаясь к ночи и называя её «черным солнцем» просит у нее смерти как спасения от людей, потому что «нагляделась в зрачки человека» В девятом и десятом стихотворениях одиночество сменяется чувством единения с теми, кто тоже не спит. Их оказывается так много (и младенец, и старик, и сторож), что все образы сливаются в обобщающем слове никто: «Кто не спит по ночам? Никто не спит!» В первом варианте цикла десятое стихотворение было завершающим поэтому напоминает своеобразную молитву о тех, кто не спит в ночи: «Помолись, дружок, за бессонный дом, за окно с огнем!» Не важно почему не спят все эти люди, важно, что горящее в ночи окно — некий маяк, «крик разлук и встреч» Последнее стихотворение цикла было написано спустя пять лет Пережитые Цветаевой события сделали ее более стойкой и мужественной Стихотворение звучит как встреча двух старых знакомых, бывших когда-то подругами, — героини и Бессонницы. Да, теперь это друг, имеющий свое имя, поэтому и пишется с заглавной буквы. Этот друг спасает, зовет испить из кубка, после чего они заключают вечный союз. Героиня понимает, что Бессонница помогает творить, хотя и отнимает иногда последние силы 5. В стихотворении Тоска по родине! (1934) М.И. Цветаевой постоянно 22 66. 22 66 повторяются слова: “всё равно”, “всё едино”. “Всё равно”, “где брести” “быть вытесненной в себя”, “где не ужиться”, “где унижаться”. Все равны, ни с кем нет кровной связи, душевного родства, ни к чему нет привязанности нет веры: “Всяк дом мне чужд, всяк храм мне пуст”. Нет родины: “Тоска по родине! Давно разоблачённая морока!” В стихотворении М.И. Цветаевой есть своеобразные повторы. Мы видим в тексте целое родовое гнездо однокоренных слов слову “родина”: родным (роднее - форма данного прилагательного), родившаяся (душа), родимого (пятна). В произведении им противопоставлены контекстуальные антонимы родина - “госпиталь или казарма”, родной язык - “безразлично - на каком непонимаемой быть встречным!” “роднее бывшее - всего” - “всего равнее” (Здесь умышленно допущена грамматическая неточность: наречие, не имеющее степеней сравнения, употреблено в сравнительной степени - это знак своеобразной самоиронии.) А в словах “душа, родившаяся где-то” звучит глобальная отстранённость от конкретного времени и пространства От связи с родной землёй вовсе не осталось следа Так край меня не уберёг Мой, что и самый зоркий сыщик Вдоль всей души, всей - поперёк!

Родимого пятна не сыщет! В частом использовании однокоренных слов есть определённый смысл Трудно не согласиться с пословицей: “Где больно, там рука; где мило, там глаза”. Сердце болит из-за отрешённости от родного, именно поэтому так горячо доказывается нелюбовь Родина живёт в сердце героини стихотворения, именно поэтому так страстно звучит её монолог, так много эмоций в него вложено. Семь восклицательных знаков - свидетельство экспрессивности речи. В стихотворении на десять четверостиший - семнадцать тире. Их постановка связана со смысловым выделением слов и словосочетаний, эти знаки по-своему связаны с экспрессивностью поэтического монолога. Тире - любимый знак М.И Цветаевой, он в смысловом отношении самый выразительный в русском языке. Нельзя поверить в равнодушие героини, если читаешь, что называется “по нотам” (помним: “знаки-ноты”). В смысловом отношении значимо и многоточие. Особенно ощутима его роль в конце предложения Но если по дороге - куст Встаёт, особенно - рябина Это многоточие красноречиво и однозначно: героиня навеки связана с родной землёй, если куст рябины вызывает трепет сердца, изболевшегося в вынужденной бездомности Интересно стихотворение и в интонационном отношении: от напевной и говорной интонации поэтесса переходит к ораторской, срывающейся на крик Мне безразлично - на каком Непонимаемой быть встречным! (Читателем, газетных тонн Глотателем, доильцем сплетен...) Двадцатого столетья - он Ая - до всякого столетья! С.Рассадин отмечает, что стихотворение «Тоска по родине!..», возможно, не самое знаменитое произведение М.И. Цветаевой, но оно хватает за душу, как немногие. Особое значение исследователь придаёт двум последним строкам На протяжении 38 строк утверждалась привычная отторженность, а последние 2 строки полностью перевернули стихотворение, и тоска по родине, объявленная фикцией, “разоблачённой морокой”, становится живой неизбывной болью. С.Рассадин пишет: “Приходит в голову мысль - странная если не выразиться резче: а если, не приведи Бог, сердце остановилось на 38 Йй строке... что тогда мы сказали бы об этих стихах?”

Во многих произведениях М.И. Цветаевой понятия “родина” и “рябина” слиты воедино. Аллегорическая связь обозначена в стихотворении «Рябину рубили...», в нём ест= поэтические строки, также скрепляющие это единство Россия, судьбина, родина, марина - этот смысловой ряд смыкается понятием “рябина”. Соотношение “родина-рябина” укладывается в формулу синекдохи. Мы понимаем, что нет темы больнее, чем тема России, нет единства прочнее, чем единство с духовностью, культурой своего народа М.И. Цветаева в письме к Тесковой (1930) восклицает: “Как Вы глубоко правы - так любить Россию! Старую, новую, красную, белую - всю! Вместила же Россия - всё... Наша обязанность, вернее, обязанность нашей любви - её всю вместить” Цветаева не могла не вернуться в Россию не только потому, что жила в эмиграции в ужасной бедности, но и потому, что не могла жить вне своего народа, родного языка. Она не надеялась найти себе “домашний уют”, но она искала дом для своего сына и, главное, “дом” для своих детей-стихов. И она знала, что этот дом - Россия Лингвистический з текста (с. 283) Так, например, высказывания Цветаевой о природной звуковой основе образно-смыслового объема слова постоянно встречаются в ее прозе и письмах. Приведем одно из них: Отрешение, вот оно мое до безумия глаз, до обмирания сердца любимое слово! Не отречение (старой женщины от любви Наполеона от царства!), в котором всегда горечь, которое всегда скрепя сердце, в котором всегда разрыв, разрез души, не отречение, которое я всегда чувствую живой раной, а: отрешение, без свищущего ч, с нежным замшелым ш — шелест монашеской сандалии о плиты, — отрешение: листвы от дерева дерева от листвы, единственное, законное распадение того, что уже не вместе, отпадение того, что уже не нужно, что перестало быть насущностью т.е. уже стало лишнестью: шелестение истлевших риз Наглядный пример этого явления можно видеть в стихотворении «Вереницею певчих свай... » из цикла «Провода». Лейтмотивом текста становятся гласные с графически обозначенной иконичской долготой Вереницею певчих свай, Подпирающих Эмпиреи, Посылаю тебе свой пай Праха дольнего. По аллее Вздохов — проволокой к столбу — Телеграфное: лю ю — блю... Вдоль свай Телеграфное: про — о — щай... Слышишь? Это последний срыв Глотки сорванной: про — о — стите... Выше, выше, — и сли лись 18 В Ариаднино: ве — ер — нись, Обернись!.. Даровых больниц Заунывное: нё выйду! Эт авордолами стальных Проводбв — голоса Аида Удаляющиеся... Даль Заклинающее: жа — аль... Через насыпи — и — рвы Эвридикино: у — у — вы, 175).-Не у — (П, 174 Удлинение слов лю — ю — блю про — о — щай, про — о — стите, ве — ер — нись, жа — аль, у — у — вы является звукоподражательным в трех отношениях: им передается и гудение телеграфных проводов, и переметение источника звука в пространстве

(подобно гудку движущел учл паровоза), и крик человека вслед уходящему (или мысленный крик, адресованный находящемуся вдали). Первый смысл звукоподражания проявляется сочетанием Вереницею певчих свай, второй словами голоса Аида Удаляющиеся, третий — строками Слышишь? Это последний срыв Глотки сорванной: про — о — стите... Звучание характеризуется определениями заунывное, удаляющиеся, заклинающее Убывание звука смоделировано многоточиями и незавершенностью последнего слова стихотворения не у - (*не уходи? *не увижу?) Мелодическое движение (изменение тона) продленных гласных в звукоизобразительных словах может ощущаться как голосовая модификация и как изменение тона гудящих проводов. Последовательность удлиненных звуков в контексте стихотворения [у] — [о] — [е] — [а] - [у] представляет собой артикуляционное движение от верхнего подъема к среднему, затем к нижнему и снова к верхнему5 . Получается своеобразный градационный ряд звуков, расположенных по возрастанию звучности — от минимально открытого к максимально открытому гласному с последующим 19 возвращением в исходную позицию. Однако последнее [у] отличается от первого [у] отсутствием продвинутости в передний артикуляционный рядб Это можно соотнести с первым и последним чл пИчНоГо для Цветавой градационного ряда: последний члена и частичным повтором, и антитезой первого, что аргументируется последовательными трансформациями всех членов 12).-ряда (Звук [у] характеризуется по фоносемантическим таблицам А.П.Журавлева7 как «большой», «темный» «холодный», «медленный», «грустный», «страшный», «тусклый «печальный», «громкий», что вполне соответствует тональности завершающих строф. Изобразительным может становиться и сокращение гласного звука. Рассмотрим пример из «Поэмы Воздуха», где ритмическая инерция текста превращает сочетание гласных [ау] в дифтонг, делая один из элементов сочетан*” ""^^"^говым (что замечено М.Л.Гаспаровым) Чистым слухом Или ЧИСТЫм эоумом Движемся? Паузами, промежутками Мучи, и движче движкого — Паузами, передышками Паровика за мучкою... И — не скажу, чтоб сладкими — Паузами: пересадками С местного в межпространственный — Паузами, полустанками Сердца, когда от легкого Ох! — полуостановками Вздоха — мытарства рыбного Паузами, перерывами Тока, паров на убыли Паузами, перерубами Пульса, — невнятно сказано Паузами — ложь, раз спазмами Вздоха... Дыра бездонная Легкого пораженного Вечностью... Не всё ее — Так. Иные — сметть. Землеотсечение ‚-Кончен воздух. Твердь Изображая преодоленНиу эммиого притяжения самолетом (метафорически — душой), Цветаева звуками рисует удушие смерти, и это состояние вербализуется в сочетаниях полуостановками Вздоха; перерывами Тока; перерубами Пульса; спазмами Вздоха; Кончен воздух, словами вечностью, смерть, землеотсечение