ГДЗ по Литературе 11 класс учебник Зинин С.А., Чалмаев В.А. номер 395

С. 395. Лингвистический анализ текста В рассказе «Матрёнин двор» события разворачиваются в русской «глубинке» - в глухой деревне. Язык произведения представлен широким спектром лексических грамматических и фонетических диалектизмов. Обратимся к началу рассказа. Шёл 1956 год. Игнатьич возвращался из лагеря, ему «хотелось затесаться и затеряться в самой нутряной России». Здесь слово «нутряной» используется в переносном значении «глухой». Он поселился на станции «Торфопродукт» во Владимирской области. Поутру на базаре увидел он женщину, торговавшую молоком, услышал её напевную русскую речь с владимирским говором: - Пей, пей, с душой желадной. Ты, потай, приезжий. Слово «желадный» - диалектное: «жаждущий, желающий»; «лотай» - диалектное: вводное слово «наверное». Молочница привела его в деревню Тальново. В нескольких избах ему было отказано: «везде было тесно и лопотно». Слово «лопотно» - от лопотать, то есть говорить быстро, неясно. А рассказчик искал тишины и покоя. И нашёл их в избе Матрёны Васильевны Григорьевой. «Здесь была кондовая Россия». (Кондовый исконный, сохранивший старые обычаи, устои.) В описании избы Матрёны, внутреннего интерьера автор использует большое количество непривычных для современного читателя слов: некрасная сторона — северная мосты — то же, что сени — помещение между жилой частью и крыльцом; горница отдельный сруб без печи, комната в верхнем этаже; подклеть —- нижний (обычно нежилой) этаж дома. Все тяготы Матрёна сносила терпеливо, не жалуясь. Была не очень опрятна, не очень приспособлена к жизни: «у неё не так уборно, в запущи живёт», у других будет «угожей» (Уборно — убрано, чисто; запущь — запустить, то есть довести до запустения, упадка, расстройства; угожей — сравнительная степень, то же, что и лучше.) Речь Матрёны - это речь крестьянской женщич+! +2 спубинки. «Не умемши, не варёмши как утрафишь», - предупреждала она квар........-. (Утрафить) — диалектное: от потрафить — угодить. На завтрак готовилась «картофь необлупленная» (картошка в мундире, неочищенная) и «суп картонный» (так выговаривали все в деревне)». Надо полагать, «суп картофельный». А ещё в речи героини встречаются слова: «к ужоткому» то есть к вечеру (просторечное); «летось» - в прошлом году; «бывалоча» - бывало раньше; «пособить» - помочь; «иззаботилась» - устала от забот, приставка из - придаёт значение многократности действия, слово образовано по модели «избегалась» «испереживалась». Очень интересно в речи героини слово «дуель». Оно образовано наложением двух слов «дует» и «метель» Коня Матрёна называет «стиховым», буйным

трудно поддающимся обузданию. Видимо, у: улов «СТИХИЯ, стихийный». Героиня боялась «молоньи». Это просторечное слово, употребляемое деревенскими людьми. Владимирский диалект(«яканье») нашел отражение в словах мятель, семячки. Из уст тёти Маши слышим слово «вязаночка», что означает «вязаный платок, шаль» Игнатьич (рассказчик) порой сам стилизует речь под деревенскую: «изба не казалась доброжилой» (из контекста: «богатой», в которой нажито много добра богатства); «печь топилась досветьи», то есть на заре, ещё до свету; «ветер выдувал печное грево», то есть тепло; «тараканов менело», то есть становилось меньше «попадалось неурядное» (из контекста: « несъедобное»); «что вечером над дверьми клуба будет надрываться радиола, а по улице лображивать пьяные да подпыривать друг друга ножами». Наблюдая за языком персонажей рассказа, читатель переносится в ту среду, в которой оказывается сам автор по возвращении из лагеря. Диалектизмы помогают читателю более полно ощутить красоту и меткость речи персонажей - деревенских жителей. До ощупи - на ощупь, почти вслепую; ло рани - рано утром; уборно — чисто аккуратно; угожий — угодный; воспитывать (семантический диалектизм) р ухаживать; два дни и три дни (грамматический диалектизм) — два дня и три дня; животы (устаревший диалектизм) — животные; картовь (диалектное) — картофель досветье (диалектное) — до восхода — солнца; любота! (диалектное) — — очень хорошо!;летось(устаревшее диалектное) — в прошлом году; скольца(диалектное) сколько; мятель, дуель (областное) — метель; не знато (диалектное) — неизвестно закруживалось (грамматический диалектизм ) — закружилось; дивирь(фонетическое областное) — деверь, родной брат мужа; порчия (грамматический диалектизм) порча; чаять (областное) — чувствовать’ 2^>*”*чуа ( областное) — чистая половина крестьянской избы; куды (диал. прост.) — ..„, гу весть! (грамматический диалектизм) Бог весть! (только Бог знает, никто не знает/); четверть (просторечное) — большая бутылка; обои сани (грамматический диалектизм) — двое саней; вязаночка (диалектное) вязаная кофточка; болезная (лексический диалектизм) — несчастная; какому часу приходишь-то? (грамматический диалектизм) — К которому часу приходишь? и др Народную речевую стихию отражают также многочисленные разговорные и просторечные элементы, например: нутряная Россия (разговорн.) — исконная, внутренняя Россия; таскать (разговорн.) — носить; подале — подальше (разговорн.); судить (просторечн.) — обещать; перекособоченная (разговорн. просторечн.) кривая; крутей (просторечн.) — сильный; обвершка (разговорн.) — вершок, вершки верх; приспеть (просторечн.) — успевать; доцарапать (разговорн.) дописать; непрохожие (просторечн.) — непроходимые; мурчание (разговорн.) мурлыкание; — теперича (просторечн.) — теперь; зараз (просторечн.) — за один раз; арестовался (грамматическое просторечие) — арестовали; хозява (разговорн.) хозяева; по бывалошному (разговорн. просторечн.) - по-прежнему бывалоча (просторечн.) - бывало; ломота ‘—-росторечн.) - недуг болезнь; вдиво (разговорн. — просторечн.) — — уДутиасльно, — странно, — непривычно вишь (просторечн.) — видишь; маненько — (просторечн.) — немного; спокой (просторечн.) покой; балаболка (разговорн. неодобрительн.) - человек. Который говорит без конца и впустую; беспритульный (просторечн.) — — бесприютный; дети двое не жило (грамматическое просторечие) — двое детей умерли; здоровяга (разговорное) — очень сильный человек (сравним со словом с тем же суффиксом «бродяга» и др.) Изобразительные — средства языка в — рассказе — представлены — также фразеологическими оборотами, например: работать за палочки (фразеологизм, работать бесплатно); ставить палочки — ставить отметки за трудодни; зуб наложить (фразеологизм) — узнать, понять; ни в жисть (фразеологизм) — жисть — жизнь) никогда, ни за что; белые мухи (фразеологизм) — снег; рука тяжелая (фразеологизм) больно бьет; дать срок (фразеологизм) — осудить, посадить в тюрьму и пословицами поговорками, образными выражениями: «умн”® 2**“2дит замуж после Покрова, а дура

после Петрова», «ни к столу, ни к перилу эта работа», «пошёл он на войну, и ни весточки, ни косточки», «незнайка на печи лежит, а знайку на верёвочке ведут», «как родилась — не помню, как умру - не знаю» В рассказе широко представлены уменьшительно-ласкательные образования отражающие эмоциональность и поэтичность народной речи например: окошечко (разговорное, уменьшительно-ласкательное) окно; взгорок (разговорное) — высокое место; речушка (разговорное, уменьшительно ласкательное) — реченька, река, речка; малец (разговорное, просторечное, ласкательное) мальчик; урывочек — кусочек; сальце (разговорное, ласкательное) — сало В рассказе «Матрёнин двор», естественно, отсутствует лагерный жаргон. Речевые средства Солженицына строго соответствуют предмету, теме описания, мест действия и характерам героев При работе над рассказом А.И.Солженицына комментария требуют также некоторые устаревшие слова или историзмы, а так же слова, относящиеся к религиозной сфере. Например: чело (устаревшее, высокое) — лоб; отче (устаревшее, высокое); медовая сыта(церковное) —- помин души и др. Хотя эти слова не относятся к актуальной лексике они должны быть освоены, потому что, не зная их, невозможно адекватно воспринять произведение. Взгляд со стороны позволяет заметить, что большое количество диалектных, просторечных, жаргонных слов у А.И.Солженицына не звучит как стилизация. Чужое слово (термин М.М.Бахтина) органически вплетено в ткань произведения. Всё это представляет Солженицына как народного писателя, а его раннюю прозу делает высоким образцом подлинной литературы Описывая в своём рассказе жизнь людей, живущих в средней полосе России, где многое исконно русское испорчено, исковеркано, уничтожено, писатель не только говорил о нравственных сторонах характеров героев, но и любовался их речью, её разнообразием богатством, выразительностью, точностью. Несмотря ни на что и герои и автор чувствуют её красоту, умеют хранить говор, полученный в наследство от предков, привнося и своё словотворчество. Автор фиксирует все проявления новизны, самобытность языка С. 395. Темы соч й 1. Как прожил свой день герой «Одного дня Ивана Денисовича»? В рассказе «Один день Ивана Денисовича» А.И. Солженицын создал реалистический характер подлинно народного героя, сумевшего пронести через все испытания и сохранить лучшие качества русского народа. Таким человеком с русским национальным характером является и А. И. Солженицын До войны Шухов работал в колхозе, кормил семью. После ранения не пошел в медсанбат, вернулся в строй. После окружения армии бежал из плена, выбрался к своим Тут его и обвинили в измене. Опыт не прошел для Шухова даром. Он соблюдал лагерный режим, поклонялся надзирателю, не препирался с конвоем. Но при этом он мало поступался своей гордостью, совестью, честью. Шухову помогают его житейская мудрость, лукавство и знание, что чего стоит В лагерных условиях обнаруживается ценность простейших материальных элементов жизни: еды, одежды, крыши над головой. Новым ботинкам Ивана Денисовича посвящено большое пояснение. Обстоятельно рассказывается о табаке, о каше. Еду автор описывает подробно. Не считая сна, лагерник живет для себя только утром десять минут за завтраком, да за обедом пять, да пять за ужином. Лишняя пайка хлеба не просто поддержка, но и средство независимости от начальства. Пока сыт и силы еще есть для работы и в голову не придет унижаться и выпрашивать Однако в бытовых подробностях лишь внешне проявляется характер Шухова Гораздо важнее, что Солженицын сумел передать и внутренние законы поведения человека. Имея уже определенный опыт лагерной жизни, Иван Денисович сумел сделать свой нравственный выбор, четко уяснил, как надо жить, чтобы не потерять себя: В лагере

вот кто подыхает: кто миски лижет, кто на санчасть надеется да кто к куму ходит стучать Казалось бы, что это за принцип: не вылизывать чужие миски? Но за этим нехитрым жизненным законом стоит весь нравственный мир Шухова, ушедшего на фронт 23 июня 1941 года, раненного в бою, но вернувшегося в строй, попавшего в плен, но сумевшего убежать Отношение Шухова к людям тоже определиеися Этими — нравственными принципами. С презрением смотрит он на Фетюкова-шакала, стреляющего окурки, а вот бригадир Тюрин вызывает у него уважение: в шапке есть не научился. Паханы, шестерки придурки для Шухова не являются людьми. А безымянный старик, чья спина отмечена была прямизной, восхищает Ивана Денисовича. Здесь следует вспомнить первоначальное название произведения: Щ-854. Редактору «Нового мира» А. Твардовскому оно не понравилось, и он предложил то, под которым повесть была опубликована. Я думаю, что мудрый Твардовский не просто испугался упоминания номеров заключенных, а подметил главное в рассказе. Номер это полное обезличивание человека, а весь «Один день...» повествует об ином: о нравственной силе героя, почтительно, названного по имени и отчеству Одной из вершин повести является сцена кладки стены. Голодный и замерзающий Шухов работает с огоньком, забыв о морозе, о стоящих за спиной конвоирах. Это и есть нравственный взлет человека, момент его свободы Я думаю, что в самом А. И. Солженицыне много общего с Иваном Денисовичем Математик и художник, А. Солженицын несет в себе такое же нравственное богатство, ту же духовную целостность, что и его герой. Двадцать лет прожил писатель вне родины. Но и там, в далеком Вермонте, его не покидало ощущение связи с Россией, русским народом В 1994 году Солженицын вернулся домой. Он мечтал быть полезным своей стране 2. Изображение народного характера в прозе А.И. Солженицына («Один день Ивана Денисовича», «Матренин двор») А. И. Солженицын - крупнейший писатель ХХ в., философ-жизнестроитель вдохновенный заступник России. В своих произведениях он продолжает одну из центральных гуманистических линий русской классической литературы - идею нравственного идеала, внутренней свободы и независимости даже при внешнем притеснении, идею нравственного совершенствования каждого. В этом он видит национальное спасение. В повестях «Один день Ивана Денисовича», «Матренин двор» нашли воплощение выстраданные Солженицыным мечтания о неиспорченности праведнических душах Повесть «Один день Ивана Денисовича» автор построил на страшном лагерном материале, создав философию бесконечно маленького и одинокого человека, который мешает отлаженной машине насилия производить одномерных людей тем только, что во всякую минуту жизни остается личностью. Иван Денисович Шухов соответствует идеальным представлениям писателя о качествах народного духа и ума, дающих надежду на его возрождение. Шухов, заключенный Щ-854, жил, как и большинство, трудно, когда началась война. Ушел воевать и воевал честно, пока не попал в плен. Но ему присуща та твердая нравственная основа, которую так старательно стремились выкорчевать большевики, провозглашая приоритет государственных, классовых, партийных ценностей над ценностями человеческими. Что же помогло устоять Ивану Денисовичу? Он принадлежит к тем, кого называют природным, естественным человеком далеким от такого занятия, как размышление, анализ; в нем не пульсирует вечно напряженная и беспокойная мысль, не возникает страшный вопрос: зачем? почему? Природный человек живет в согласии с собой, ему чужд дух сомнений. Этой простой цельностью сознания во многом — объясняется — жизнестойкость Шухова, его приспособляемость к человеческим условиям Но приспособляемость Ивана Денисовича не имеет ничего общего с приспособленчеством, униженностью, потерей человеческого достоинства. Природность

Шухова связана, по мысли Солженицына, и с высокой нравственностью героя. Ему доверяют, потому что знают, что он честен, порядочен. По совести живет. Не мыслит своей жизни главный герой без труда, не развратила его советская власть, не смогла заставить халтурить, отлынивать. Это отношение - истинно народное, так от вёка жил крестьянин в согласии с собой и природными законами, именно этот народный опыт помогает главному герою сохранить свои мысли и внутреннюю свободу вне пределов досягаемости лагерной машины Еще одной праведницей является героиня рассказа Солженицына «Матренин двор». И ей тоже нужно делать выбор, но уже между «быть» и «иметь». Матрена всегда предпочитала «быть». Быть — доброй, отзывчивой, — сердечной, — общительной незлопамятной, бескорыстной, трудолюбивой, предпочитала давать окружающим ее людям - знакомым и незнакомым, а не брать. Даже принимая свою нелепую смерть на железнодорожном переезде, она старалась «подсобить... мужикам», «в мужичьи дела мешалась». А те, кто застрял на переезде, погубили Матрену и еще двоих. И Фадей, и «самоуверенный толстомордый» тракторист, сам погибший, предпочитали иметь: один хотел за один раз «горницу» перевезти на новое место, другой - за одну «ходку» трактора заработать. Жажда «иметь» оборачивалась против «быть» преступлением, смертью людей, попранием человеческих чувств, нравственных идеалов, погибелью собственной души. Смерть героини раскрыла перед автором величественный и трагический образ Матрены. И рассказ - это своего рода авторское покаяние, горькое раскаяние за нравственную слепоту всех окружающих. Солженицын преклоняет голову перед человеком бескорыстной души, но абсолютно безответным, беззащитным, придавленным всей господствующей системой А. Солженицын своими произведениями вернул в литературу героя, в котором соединились терпение, разумность, расчетливая сноровка и услужливость, умение приспособиться к нечеловеческим условиям, не потеряв лица, мудрое понима правых, и виноватых, привычка напряженно думать «о времени и о себе» 3. Художник или историк? (Размышления о прозе А.И. Солженицына) А. И. Солженицын появился в «официальной» советской литературе в эпоху хрущевской «оттепели», когда на фоне процессов развенчания культа личности Сталина посмертной реабилитации погибших жертв репрессий, освобождения из тюрем и лагерей сотен тысяч невинных людей и относительной либерализации государственно общественного устройства началось оживление литературной жизни. Первой ласточкой наступления периода «оттепели» в литературе стало появление на страницах прогрессивного журнала «Новый мир» повести Солженицына «Один день Ивана Денисовича», созданной на основе собственных впечатлений писателя от лагерной жизни Описав заурядный день заурядного «зэка», отбывающего срок по ложному политическому обвинению, писатель рассказал страшную правду о «закулисной» стороне советской действительности, о жизни миллионов людей, которые были загнаны за колючую проволоку и вынуждены были там выживать в нечеловеческих условиях Эта тема получила дальнейшее развитие в романе «В круге первом», где изображалась жизнь заключенных «шарашки» в подмосковном поселке Марфино, и повести «Раковый корпус», написанной по следам пребывания автора в Ташкентском онкологическом диспансере ^^ ко главным — произведением — писателя — стала художественно-документальНал кп: а «Архипелаг ГУЛАГ», открывшая миру глаза на чудовищные преступления коммунистического тоталитарного режима в СССР. Опираясь на документы, факты, статистику, многочисленные — свидетельства — очевидцев Солженицын воссоздал в этой книге полноформатную картину кровавого террора, под разными лозунгами осуществлявшегося в стране с первых дней Октябрьской революции до смерти Сталина. В полном соответствии с замыслом автора, «Архипелаг ГУЛАГ» стал общим памятником всем замученным и убитым, затравленным и искалеченным жертвам коммунистической диктатуры

В истории русской литературы А. Солженицын занимает место преемника Л.Н Толстого, его традиций создания эпических полотен жизни народа, критического анализа социальных процессов и исследования национального характера, его позиции писателя правдолюбца, неподкупного судьи властей и нравственного наставника общества Творчество Солженицына вырастало на пересечении его глубокого интереса к российской истории ХХ века и личного жизненного опыта, вынесенного из сталинских тюрем и лагерей. Отсюда — основополагающие в его прозе переплетение автобиографического и документального начал 4. «Крохотки» А.И. Солженицына: жанровое своеобразие и тематика В 1960-е годы получили распространение “Крохотки” Солженицына, его стихотворения в прозе. В тон тургеневскому восклицанию “Мы еще повоюем!” Солженицын писал: “Пока можно еще дышать после дождя под яблоней — можно еще и пожить!” (”Дыхание”). “Крохотки” полны свежих мыслей (Способ двигаться” “Отраженье в воде”) и самобытных наблюдений (”Вязовое бревно”, “Костер и муравьи” “Приступая ко дню”) Рассказы “Крохотки” представляют собой небольшие зарисовки, размышления в образах, — микрорассказы, — лирические миниатюры, — своеобразные — “лирические отступления”, получившие самостоятельную жизнь. Часто литературоведы называют “Крохотки” стихотворениями в прозе. Рассказы-миниатюры “Крохотки” условно можно разделить на две части. Первая часть рассказов создавалась с 1958 по 1960 годы, многие в связи с велосипедными поездками по Средней России. Попытки напечатать их в России в 60-х годах оказались тщетны. Ходили в самиздате. Впервые первая часть “Крохоток” была опубликована в журнале “Грани” во Франкфурте в 1964 году. Вторая часть рассказов-миниатюр была написана в 1996-1999 годах. Первая публикация появилась в журнале “Новый мир”. В письме в “Новый мир” автор писал: “Только вернувшись в Россию, я оказался способен снова их писать, там — не мог...” Тема родины — связующая нить “крохоток”. В “Озере Сегден” родина — это озеро и природа, его окружающая. В “Городе на Неве” родина — это Ленинград, прекрасный город на костях, в центр которого ничего нельзя встроить. У писателя возникает вопрос по аналогии: а беда страны с ее лагерями тоже отольется в вечную красоту? В “крохотке” под названием “Мы-то не умрем” Россия — это запустение кладбищ, а в зарисовке “Путешествуя вдоль Оки” — русский пейзаж, немыслимый без церквей Не менее явственно, чем тема родины, раскрывается в “крохотках” и тема свободы Прах поэта Я.П. Полонского ("Прах поэта”) оказывается в пределах тюремной зоны, и когда его выкапывают и переносят, поэт как будто “освободился”. Пес ("Шарик”) стоит перед выбором: погрызть костей или свободно побегать по снегу — и выбирает последнее В свете проблемы клонирования, интересующей сейчас не только генетиков занимающихся ею вплотную, но и обычных людей, любопытна фраза Солженицына из “крохотки” “Утенок”: “Никогда, со всем нашим атомным могуществом, мы не составим в колбе, и даже если перья и косточки нам дать — не смонтируем вот этого невесомого жалкенького утенка...” Материал, лёгший в основу очерков А. И. Солженицына, никого не оставляет равнодушным. Объектом авторского внимания становится не главный герой, а факты Писатель вместе с этим выражает свое беспокойство и тревогу за нравственность своего современника, учит нас “жить не по лжи”, а по совести. Именно национально патриотическое начало есть основная мысль “Крохоток”. Многие стороны нашей современности нашли в них отражение